Женевское кладбище Планпале вполне можно назвать знаменитым – здесь похоронены люди, известные не только в Швейцарии (местные художники, писатели, дипломаты и государственные деятели), но и во всем мире.

Одно из названий кладбища - Королевское. Дело в том, что в XIV в. на этом месте проводились состязания лучников. Победитель становился Королем стрелков. Немного позже, в XV в., когда древняя Женева приблизилась к Королевской поляне, здесь стали появляться первые могилы (официально считается, что первые захоронения здесь были сделаны в  1482 г.). Когда в Европе появилась чума, жители Женевы построили здесь госпиталь для чумных больных – естественно, вокруг него начало разрастаться кладбище…

Первое время на Планпале хоронили только единоверцев, т.е. протестантов. Но с 1820 г. эти ограничения стали сами себя изживать. А после 1869 г., когда кладбище перешло в муниципальную собственность, его ворота открылись для всех, независимо от вероисповедания.

Для русских посетителей кладбище Планпале, прежде всего, известно как место захоронения новорожденной Сонечки - дочки-первенца великого писателя Федора Михайловича Достоевского. Соня родилась в Женеве в феврале 1868 г., была крещена в незадолго до того освященном храме Воздвижения Креста Господня, отстроенном на средства местной русской знати, в т.ч. и великой княгини Анны Федоровны. А через три месяца бедная девочка умерла от воспаления легких. Ее отпевали в том же храме и похоронили под раскидистым деревом на кладбище Планпале. За могилой ухаживает Международное общество Достоевского.

Пожалуй, самая старая и знаменитая могила кладбища находится в стороне, почти у каменной стены и выглядит очень скромно – это могила великого Жана Кальвина (1509-1569), совершившего в свое время религиозную «революцию» в Женеве, утвердив протестантизм.

А вот могила великолепнейшего писателя Хорхе Луиса Борхеса находится прямо у аллеи, напротив скамейки – садись, подумай о вечном, помяни душу великого слепца. Большую часть жизни Борхес был незрячим (наследственная болезнь), ездил по миру, а за год до смерти поселился в Женеве, где когда-то, в годы юности беспечной (он учился в колледже Кальвина) был счастлив. На его могильном камне – таинственная надпись на непонятном языке. Говорят, это цитата из «Беовульфа».

На кладбище Планпале можно найти еще несколько русских могил. Первым бросается в глаза солидный монумент на могиле некой Анны Николаевны Кривошапкиной, урожденной Зборомирской (1822-1873). Кем она была, какой судьбой занесло ее в чужие края? Вряд ли сегодня об этом кто-то знает. Как и о том, кем был некий Николай – каменный гроб давно почернел и покрылся мхом, так что и надпись уже с трудом разберешь, только это, крупно выведенное, имя поверху – НИКОЛАЙ…

Другие русские могилы – стела в честь некого полковника Жеребцова, почившего в Женеве в 1872 г. А, пожалуй, одна из самых трогательных могил находится в самом конце кладбища: скромная плита, на которой написано по-русски:  «Анатолий Монтрезор. Родился августа 1850 года, скончался июня 1868 в Веве. Упокой, Господи, душу раба твоего». Прямо перед этой маленькой могилой – мощная плита некого женевского художника, словно защищающая юного Анатолия от ветров и солнца. Надписи на могиле художника уже не разберешь, видно только изображение палитры.

Удивительно то, что это кладбище, особенно в летние солнечные дни, больше напоминает парк культуры и отдыха: на скамейках читают прессу пенсионеры, по дорожкам с хохотом носятся дети, а в густой зеленой траве, в тени раскидистых деревьев, меж могил…обнимаются парочки или просто кто-то загорает, прикрыв лицо газетой.

Материал предоставлен Валентиной Гутчиной, Женева.